Диктофон – орудие правосудия

25 июля 2016 г. на канале РЕН-ТВ был опубликован новостной сюжет «Эксперты оценили громкий скандал, который разгорается в подмосковном Раменском». По состоянию на 21.05.2020 его посмотрело 140 тысяч пользователей сервиса YouTube.

 

Автор репортажа Георгий Гривенный сообщает, что 27 апреля 2016 года Ян Кателевский был задержан на муниципальной стоянке у ОВД Раменского, которую он считает незаконно-захваченной сотрудниками полиции. При задержании его обвинили в неповиновении полиции. Однако силовики не заметили, что на изъятом у активиста телефоне включен диктофон. В итоге оказались записаны разговоры оперативников между собой, а также с судьей, которая учит их, как надо грамотно фабриковать улики. Публикация этих записей имела большой общественный резонанс.

 

От редактора канала «Правосудие». 

По прошествии четырех лет с момента события будет интересно оценить правовые последствия скандала с задержанием правозащитника, которые оказались весьма существенными в масштабах всей страны.

 

Причиной задержания Кателевского стала якобы незаконная видеосъемка «закрытого объекта». Сотрудники правоохранительных органов часто ссылаются на такой запрет для граждан, однако в реальности его не существует, что в дальнейшем на суде признал даже представитель МВД. С его слов 11 января 2013 года был издан приказ министра внутренних дел «Об утверждении Типовой инструкции о пропускном режиме на объектах, находящихся в ведении территориальных органов МВД России». В частности, пункт 30 этого приказа, запрещал съемку внутри ОВД.

 

Однако есть нюансы: приказ носил закрытый характер, имел гриф «для служебного пользования», в открытом доступе никогда не публиковался, не проходил регистрации в Минюсте и предназначался только для сотрудников министерства. К тому же 10 февраля 2017 года вышел новый приказ №58 о мерах антитеррористической безопасности зданий МВД, который пунктом 4 отменяет приказ №11. В любом случае съемка снаружи здания ОВД, чем занимался Кателевский, ничем не ограничивалась.

 

Несмотря на то, что на граждан действия внутренних приказов никак не распространяется, стандартное поведение сотрудников полиции и иных силовых органов в раздражающей их ситуации выглядят так: они требуют немедленно прекратить съемку режимного объекта. Гражданин задает недоуменный вопрос: «На каком основании?». Сотрудники воспринимают это, как неповиновение своим законным требованиям, задерживают «нарушителя» и доставляют в отдел полиции для составления протокола об административном правонарушении.

 

Самое интересное началось в отделении полиции, куда доставили «особо опасного» журналиста и правозащитника Кателевского. Отобрав у него личные вещи, сотрудники полиции не обратили внимания, что на смартфоне включен диктофон. Все интимные разговоры оперативников, обсуждающих, как подбросить настырному гражданину наркотики, оказались записаны. Вот, например, слова исполняющего обязанности начальника отдела Сергея HYPERLINK "https://zona.media/article/2016/07/25/ramenskoe"Мучкина:

 

«Вырвите сумку у него. Сумку вырвите: сумку вытащил и ему положил. И все. (Шепотом, неразборчиво). Сейчас ему будет за хранение. Просто вырвите и уйдите! Сейчас от вас больше ничего и требуется. Здесь камер нет. Камеры в коридоре. (Снова переходит на шепот). Я бы ему сейчас бы сделал. Там камеры стоят».

 

Далее Ян Кателевский и его личные вещи, среди которых находился включенный смартфон, переместились в здание суда. Диалоги судьи Голышевой и полицейского Мучкина, обсуждающих, как сфабриовать улики против Кателевского поражают своей откровенностью:

 

Голышева: Тяжелое, тяжелое [дело]... Потому что посторонних нет. Он [Кателевский] орет, что все заинтересованы. Правильно говорит-то. Вот. Еще. Листаю весь «Консультант[Плюс]» (электронная база нормативно-правовых актов для профессиональных юристов — МЗ) по поводу закрытого режимного объекта, не могу ничего найти такого, чтобы…

 

Мучкин: Блин, а может Игорь Олегович к вам зайти? Может, позвонить мне…

 

Голышева: А зачем?

 

Мучкин: А он грамотный в этих моментах.

 

Голышева: Для этого секретный документ мы не можем приобщить. Нам нужен какой-нибудь законодательный или какое-нибудь постановление, официальный приказ…

 

Мучкин: Он голова светлая в этих моментах. Давайте подумает. Я позвоню. Ольга Валентиновна, давайте сообща...

 

Голышева: Да-да. Вообще, чего-то не могу. Листаю, листаю...

 

Мучкин: Разрешите, он тогда сейчас наберет вам?

 

Голышева: Если что-нибудь придумает… Если, может, что-нибудь придумает, если не придумает, то пусть так-то не отвлекает. Чисто поболтать — нет. Если он знает какой-нибудь... Закон о милиции цитирую. Там есть конечно, что сотрудник полиции обязан пресекать правонарушения гражданами, должностными лицами... А тут нарушения вот — чего?

 

Обвинительное решение все же было вынесено, и Ян Кателевский провел под арестом 20 суток. Но после освобождения он, помимо стандартной процедуры обжалования решения суда опубликовал компрометирующие сотрудников полиции и суда аудиозаписи. Сенсационная публикация сама по себе стала событием общественной жизни и послужила причиной громкого скандала, одним из последствий которого стала отмена того самого секретного приказа МВД №11.

 

Общественный резонанс, вызванный шумихой в СМИ, побудил отреагировать даже президента Путина. Пресс-секретарь главы государства Песокв, отвечая на вопрос журналистов, будут ли в Кремле следить за ситуацией в подмосковном ОВД, сказал: «Мы, безусловно, обратили внимание на эти сообщения. Естественно, это не вопрос для Кремля, это вопрос для наших правоохранительных органов. Поэтому, естественно, новость достаточно широко разошлась, и, конечно же, она доступна и нашим правоохранителям».

 

После публикации расшифровок аудиозаписей подмосковные управления МВД и СК начали служебные проверки, по результатам которых четыре раменских оперативника получили дисциплинарные наказания в виде выговора, строгого выговора и предупреждения о неполном служебном соответствии. Жалоба Яна Кателевского на фальсификацию материалов дела о неповиновении полицейскому в настоящий момент принята к рассмотрению Европейским судом по правам человека. За последние четыре года ни одного схожего случая, когда бы журналист подвергся аресту за осуществление своей профессиональной деятельности (фото-видеосъемка вблизи зданий МВД) не зафиксировано. Суды стали выносить решения в пользу граждан, осуществляющих съемку внутри зданий МВД.

 

Вывод из этой истории можно сделать следующий: журналисту, юристу, гражданину в конфликтной ситуации следует в обязательном порядке вести аудио-видеозапись как явно, так и скрытно и при первой же возможности предавать их огласке. Общественный резонанс, как свидетельствует практика, многократно усиливает доказательный эффект и оказывает решающее влияние на процессуальные решения.

 

Закон Вадим Маркович,

главный редактор

Канала «Правосудие».

Информационные ресурсы